Герман Федора Ильинична
Родилась 16.12.1925 года. Насильно вывезена в Германию в 1942 году, 10 октября. На работе была там до 22 апреля 1945 года. Когда нас привезли, то нас 50 человек забрали на работу на завод Дарлин Бенц. Поселили нас в одной комнате. Мы жили там недолго, и нас перевезли в лагерь, в котором было 2000 человек. Этот лагерь находився в местности Ванген в м.Штутгарт. Нас водили на работу с Вангена в строю под конвоем на завод километров 5. У меня был номер 1845. Часто были случаи, когда конвоиры били нас резиновыми дубинками за то, что мы отстали от других, ибо очень слабы. С завода нас тоже вели под конвоем. Из лагеря мы никуда не ходили, нас не выпускали.
Есть давали два раза в день: в обед суп из моркови и брюквы, вечером суп из воды и брюквы. Мы были очень обессилены, слабые, а надо было каждый день ходить на работу, потому что в лагере никого не оставляли. Когда мы только приехали, нас поселили в домовладелицы, которая свои дома сдавала под проживания разных людей: французов, бельгийцев, итальянцев, которых забрали немцы на работу в Германию. Но мы там жили не долго, через 2 месяца нас поселили в лагере, который был обнесен колючей проволокой и охраняемый полицейскими. Рано утром нас поднимали и выгоняли на постройку в шеренгу, а потом нас пересчитывали несколько раз. Затем полицейские обыскивали бараки, и кого там находили, вытаскивали на улицу, и нас снова перещитувалы. Потом нас вели на работу. У ворот завода снова перещитувалы и пускали на территорию завода, где мы расходились по своим цехам. Вечером нас снова собирали на территории завода, опять строили в колонны и считали нас, тогда выпускали колонной с территории, под конвоем вели в лагерь.
На заводе работало очень много пленных: французов, итальянцев, чехов, хорватов, бельгийцев, не счесть разных народов, что делали на немца. Нас водили в столовую по очереди: русских, украинский, французов, итальянцев, бельгийцев, чехов. Мы жили в одной местности, только нас разделял канал. И всех нас водили на работу под конвоем. Но наши конвоиры нас щиталы как скот, не так, как другие, мы были люди второй расы, над нами издевались, мы были рабы и должны были работать по 12 часов в сутки, а для отдыха времени уже не хватало.
Одевали нас в спецовкы - брюки и пиджаки, на ноги выдавали деревянные шлепанцы. Вот так мы и жили, а вернее существовали. Нас часто поднимали по тревоге, были бомбардировки завода. Однажды нас повели на обед, началась бомбежка. Некоторые во время него погиб, меня забросали землей, а двух девушек возле меня убили. Меня нашли. А тех девушек где-то похоронили, нам не говорили где. Там лагерь был из дерева, и когда его зажгли фугасами, то погорели и здания, и люди, которые не успели выскочить из бараков. Мы в это время были на заводе, то что было у нас с одежды, все сгорело. Затем наш лагерь перевезли в другой город - Есмингем, тоже в лагерь. Остались мы там только в рабочей одежде. Кормили тоже очень плохо: брюква, морковь, 1 кг хлеба на 3 дня. Мы съедали хлеб за 1 день, а потом ели один суп. Многие болели и умирали, но кому мы были нужни, отвезут, сожгут, и все. Там возили нас на работу электричкой, ибо лагерь был 12 км от места работы. Это был очень трудное время, были и забастовки, но тех людей хватали и забирали, мы не знаем, что с ними потом сделали.
А жизнь продолжалась. Однажды мы были в ночной смене, и нас полицейский сопровождал на вокзал на электричку, мы долго ее ждали, а ее все не было. Полицейский пошел узнавать, почему не пришел поезд, и ему сказали, что на путях авария. Нас тогда повели строем пешком, и мы видели какая страшная авария была под Есмингемом. 15 вагонов электрички сошли с рельсов и перевернулись. Сколько там было жертв, никто не знает. Там были и немцы. два дня собирали людей. Много было русских убито и искалечено, это была большая авария.
Но и в этом лагере мы жили не долго, через неделю после этой аварии нам снова перевезли в другой лагерь недалеко от Вангена. Опять водили на работу и с работы пешком под конвоем. Работали по 12 часов. Каждый день что-то случалось: то умирали люди, то травмы. На работе не позволяли отдохнуть хотя бы минуту. Пойдешь в туалет, а за тобой уже бежит подмастерье. Часто людей выгоняли из туалетов. Я заболела там гастритом, болел желудок, печень, поджелудочная железа. После этого я стала инвалидом.
С 1944 года нас начали бомбить постоянно, и завод и местность, так что меня два раза спасали от смерти. Особенно сильно меня побило второй раз, так что я лежала 2 дня в лагере, пока у меня упала температура и меня выгнали на работу, хотя я была очень слабой. Там не смотрели, какое у тебя здоровье, держишься на ногах, значит, нужно делать!
Вот так мы жили. Как говорится, доживали и думали, как нам выжить. А лагерь был большой, 2000 человек, и все хотели жить, вернуться домой, но суждено это не всем. Многие умерли от недоедания, болезней, тяжелой работы.
В апреле 1945 года нас освободили французы, а через два дня пришли американцы заняли наш лагерь и охраняли нас, пока не пришли наши войска. А потом нас начали формировать для отправки на родину, но мы еще долго были в лагере, пока нас не перевезли в другое немецкого города, куда всех свозили для отправки. Там мы были еще 2 месяца, пока нам не сделали документов. Это было м.Бухенвальд. А потом нас всех Украинских оформили на поезд, товарняк, всех посадили, дали паек на дорогу, и мы ехали месяц, пока попали в свой район. А тогда сами, кто как смог, добирались домой. Мои родные уже не думали, что я вернусь, думали, что меня уже нет на свете. 16 октября я была уже дома. Мои родные - мама и сестры были очень рады, что осталась жива. Отца немцы забрали как партизана в 1943 году, и он не вернулся из Германии. Мы ничего не знали о нем. Потом нам рассказал его друг, вернувшийся, что отец сильно болел и его вывезли в другой лагерь, где он, видно, и умер. Такое была моя жизнь.
